Дипломат отметил, что китайская сторона будет принимать решения, исходя из своих национальных интересов, однако Россия, в случае необходимости, готова полностью удовлетворить потребности стратегического партнёра. «Если Китай примет решение нарастить закупки нефти, Россия безусловно сможет обеспечить необходимый объём поставок», — подчеркнул Руденко.
Такое заявление прозвучало на фоне вероятного сокращения импорта нефти из США в КНР, который, по мнению экспертов, может сойти на нет уже в ближайшие месяцы, если новые американские тарифы не будут отменены. В текущей ситуации предложение Москвы выглядит как своевременное и логичное решение, способное укрепить энергетическое партнёрство двух стран.
По данным Главного таможенного управления КНР, в январе–феврале 2025 года Китай импортировал из России 15,47 млн тонн нефти — это на 12,6% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. В денежном выражении поставки снизились на 17,5%, составив $8,36 млрд. Несмотря на это, Россия продолжает занимать первое место среди всех стран-поставщиков нефти в Китай. Следом идут Саудовская Аравия и Ирак.
Аналитики связывают снижение объёмов не с ослаблением партнёрства, а с корректировками логистических цепочек, рыночными колебаниями и сезонными факторами. Более того, укрепление энергетического диалога между Москвой и Пекином на фоне геополитической напряжённости выглядит всё более вероятным сценарием.
На фоне глобальной нестабильности и торговых войн энергетическая безопасность приобретает для Китая приоритетное значение. Россия же, с её богатыми запасами и развитой экспортной инфраструктурой, остаётся одним из немногих поставщиков, способных оперативно адаптироваться под потребности китайского рынка.
Таким образом, заявление МИД РФ демонстрирует готовность Москвы углубить сотрудничество с КНР и занять нишу, которую ранее частично занимали американские производители. В условиях сдвига геоэкономических балансов это может стать ещё одним шагом в сторону многополярного мира, где энергетика становится не только товаром, но и инструментом внешнеполитического влияния.
