По ключевым фактам материал выглядит достоверно: данные о росте доли онлайн-торговли и концентрации крупнейших площадок совпадают с публичными оценками рынка, а информация о принятом законе о платформенной экономике и сроках его вступления подтверждается официальными сообщениями. C
2025 год для российских маркетплейсов стал не «историей роста», а годом публичного противостояния — с государством, традиционным ретейлом, крупнейшими банками и собственными продавцами. На фоне расширения влияния платформ усилились требования к регулированию: по прогнозу INFOLine, доля онлайн-торговли в товарообороте по итогам 2025 года могла достичь 23,1% (20,3% годом ранее), а совокупная доля крупнейших игроков — 67,2% против 66% в 2024-м.
Центральным событием стало принятие закона о платформенной экономике: он формирует базовые правила взаимодействия маркетплейса, продавца и владельцев ПВЗ, а вступление в силу запланировано на 1 октября 2026 года. Регуляторная логика понятна — закрепить структуру договоров и ограничить произвольные изменения условий работы. Но рынок встретил инициативу неоднозначно: крупные отраслевые ассоциации и ряд ретейлеров указывали, что часть болезненных тем — контрафакт, алгоритмы ранжирования, «вес» штрафов — остались вне итоговой конструкции.
Отдельной линией прошел конфликт «маркетплейсы против банков» вокруг скидок при оплате через платежные продукты самих площадок. В ноябре крупнейшие банки направили в Госдуму предложения ограничить прямые скидки и «косвенные формы финансирования» (включая бонусные программы), а Банк России публично поддержал идею запрета разных цен в зависимости от способа оплаты и обсуждал подключение ФАС как контролера.
Ключевые цитаты, которые обозначили фронт конфликта:
«Основные проблемы остались нерешенными», — отмечал глава DNS Дмитрий Алексеев.
«Закон комплексно подходит к регулированию отрасли», — говорил представитель Ozon.
«Закон сбалансирован регулятором, учитывает интересы всех сторон платформенного бизнеса и позицию участников рынка», — говорит представитель Wildberries & Russ.
«Вот скидки все, которые дают, — они за наш с вами счет. И мне нисколько не жалко физическую сеть, но мне неприятно, когда маркетплейсы забирают неправомерно долю на рынке у физических сетей за счет нерыночных условий конкуренции, созданных со стороны государства», — сказал Греф.
На фоне внешнего давления обострился и внутренний конфликт — с селлерами. Продавцы и профильные объединения жаловались на рост комиссий, логистических расходов, возвратов и штрафов, а также на инструменты, которые ограничивают управление ценой. В публичных оценках прозвучала главная мысль года: для малого и среднего бизнеса маркетплейс перестал быть «каналом возможностей» и стал «каналом выживания».
«В результате в ряде категорий совокупные издержки продавца — комиссии, логистика, хранение, возвраты — доходят до 40–60% выручки», — возмущается он.
«Продавать на маркетплейсах в плюс сегодня просто невозможно, если ты не крупный игрок с индивидуальными условиями. Мелкие и средние селлеры либо уходят, либо работают в ноль», — говорит Ветренников.
«Конечно, это под силу только крупным игрокам — владельцам собственных брендов или тем, у кого доля рынка существенная, кто сможет зарабатывать на объемах», — говорит Рахимбердиев.
Финал 2025-го обозначил важный разворот: платформы уже не только про торговлю. Крупнейшие игроки масштабируют экосистемы — финсервисы, логистику, медиа и туризм — и тем самым усиливают конкуренцию не с «магазинами», а с целыми секторами. Это и объясняет жанр «экономического триллера»: в 2026 году спор о правилах платформенной экономики, платежах и справедливой конкуренции, судя по всему, станет еще жестче — особенно на фоне подготовки подзаконных актов к вступлению закона в силу.
