Путин создал нацкомитет БРИКС для связки бизнеса и ведомств

Путин создал нацкомитет БРИКС для связки бизнеса и ведомств
Самое популярное
26.05
WB отложил уравнивание комиссий с китайцами: сроков нет
26.05
«Честный знак» расширяется с сентября: новые категории для импортёров
26.05
НДС 22% и ставка 18,03%: что изменилось для импортёров в 2026
26.05
Wildberries и Ozon сбавляют ход: 77% рынка, рост вдвое медленнее
26.05
ЕАЭС снижает беспошлинный порог до €100: маркетплейсы выровняли условия
25.05
СПОТ с 1 июня: партия на 3 млн — 660 тысяч заморозки
В России создан Национальный комитет по вопросам делового сотрудничества в БРИКС — новый «стык» между бизнесом и федеральными ведомствами. Его возглавил Максим Орешкин. Разбираем, зачем Москве такой инструмент на фоне усложнения торговли внутри БРИКС и какие практические эффекты это может дать для ВЭД и логистики.

Россия формализует «бизнес-контур» БРИКС: президент Владимир Путин подписал распоряжение о создании Национального комитета по вопросам делового сотрудничества в рамках объединения. Это шаг не про декларации, а про управляемость — когда внешнеэкономические проекты упираются в согласования, отраслевые регламенты, валютные ограничения, логистические узкие места и разрыв между запросом компаний и скоростью реакции ведомств.

Суть нового органа — стать «стыком» между деловым сообществом и федеральными органами исполнительной власти, которые вовлечены в развитие многостороннего и двустороннего сотрудничества России в БРИКС. В формулировке, разошедшейся по лентам, ключевой юридический акцент звучит так:

«Образовать Национальный комитет по вопросам делового сотрудничества в рамках объединения БРИКС».

Председателем назначен заместитель руководителя Администрации президента Максим Орешкин. При этом распоряжение задаёт и управленческий тайминг: председателю предстоит в установленный срок утвердить состав комитета.

Почему это важно именно сейчас. БРИКС одновременно расширяется и усложняется: больше стран — больше разных торговых режимов, валютных правил, стандартов сертификации, требований комплаенса и логистических моделей. Для компаний это превращается в «скрытые издержки»: проект вроде бы экономически выгоден, но застревает на согласованиях, невозможности быстро подтвердить происхождение товара, ограничениях платежей, разночтениях по техрегламентам и страхованию поставок.

Комитет заявлен как инструмент, который будет не просто «собирать мнения бизнеса», а готовить предложения по направлениям сотрудничества в логике Делового совета БРИКС и формировать предложения для президента и правительства по развитию делового взаимодействия. На практике это может дать три эффекта для ВЭД и грузоперевозок:

  1. Сокращение бюрократической дистанции — когда у бизнеса появляется понятный канал эскалации проблем «вверх» без распыления по ведомствам.
  2. Упаковка проектов под межгосформаты — промышленная кооперация, локализация, инвестпроекты, логистические хабы и коридоры требуют «единого окна» на стороне государства.
  3. Предсказуемость правил для дружественных рынков — особенно там, где расчёты и логистика чувствительны к санкционному давлению и вторичным рискам.

Важно трезво оценивать и ограничения: сам по себе комитет не заменит банковскую инфраструктуру, страхование, перестрахование и транспортную «физику». Но он может ускорить принятие решений, которые превращают политическую рамку БРИКС в прикладной набор механизмов для компаний — от снятия регуляторных блоков до сопровождения крупных кооперационных цепочек.