Согласно данным Центра ценовых индексов (ЦЦИ), с середины января 2025 года ставки на фрахт танкеров типа Suezmax, курсирующих между Новороссийском и странами Азии, увеличились на 0,3 доллара за баррель, достигнув 7,4 и 9,5 долларов за баррель для Индии и Китая соответственно к середине марта. Несмотря на то что данные повышения ставок не такие значительные, аналитики подчеркивают, что ситуация с тоннажем в регионе может привести к более резкому росту цен в ближайшем будущем.
В условиях неопределенности, вызванной санкциями со стороны США, многие азиатские нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) начали искать новые источники поставок. Казахстанский экспорт, в частности, становится важным альтернативным маршрутом для НПЗ в таких странах, как Китай и Южная Корея. Данный рост отгрузок в этом направлении также увеличивает срок аренды судов, что, в свою очередь, приводит к сокращению доступного тоннажа для перевозок в Черном море и росту фрахтовых ставок.
Несмотря на новое направление поставок, Россия по-прежнему увеличивает объемы поставок в Индию, несмотря на незначительное сокращение отгрузок в Китай. Более того, разрыв между поставками нефти из России и объемами, импортируемыми из ОАЭ, нарастает: с апреля 2024 года по март 2025 года Россия обогнала ОАЭ и стала крупнейшим поставщиком нефти в Индию. По оценкам, в этот период республика экспортировала в Индию около 3 миллионов тонн нефти, при этом доля России на индийском рынке за этот год возросла с 14% до 57%.
Существенной темой остается влияние на стоимость фрахта, вызванное не только политическими обстоятельствами, но и изменением структуры поставок. По мнению экспертов, в конце февраля увеличение поставок в Индию на 12% сопровождалось падением отгрузок в Китай на 10-12%. Ожидается, что объемы поставок в марте останутся примерно на уровне февраля, при этом экспорт в Турцию, третьего по величине потребителя российской нефти, значительно сократился.
По словам аналитиков, рост фрахтовых ставок подстегивает расширение дисконтов на российскую нефть, что, в свою очередь, воздействует на динамику нефтяных рынков. Таким образом, хотя ситуация с поставками может выглядеть оптимистично в свете роста объемов и изменения направлений, много зависит от дальнейших политических и экономических рисков.
