Маркетплейсы могут «назначать» тарифы: точка невозврата — контроль трети рынка перевозок

Маркетплейсы могут «назначать» тарифы: точка невозврата — контроль трети рынка перевозок
Самое популярное
06.02
Как легально сменить плательщика или получателя и не застрять на банковском комплаенсе
06.02
Wildberries готовит пилот в Эфиопии и присматривается к Индии: зачем маркетплейсу «дальнее зарубежье»
06.02
Ozon снял с себя статус “хранителя”: селлерам урежут компенсации за потери на складе
06.02
Граница с Китаем встанет на февраль: ФТС назвала даты закрытия пунктов пропуска на Лунный Новый год
05.02
Вебинары: ФТС усиливает контроль: навигационные пломбы, валютные графы и таможенная стоимость
05.02
RWB Media открыла видеобаннеры селлерам: ролики до 15 секунд на главном слайдере Wildberries
Рынок автоперевозок может войти в фазу, где тарифы будут не «складываться», а назначаться по формуле крупнейшими экосистемами. По оценке Института развития транспорта, точка невозврата наступит, когда ритейлеры и маркетплейсы начнут контролировать около трети перевозок: склады, данные, LTL-сети и собственные парки дадут им рычаг влияния на ставки для всего рынка.

Институт развития транспорта зафиксировал сдвиг, который участники рынка ощущают уже на практике: крупнейшие ритейлеры и маркетплейсы становятся главными драйверами спроса в грузовых автоперевозках — и одновременно потенциальными будущими консолидаторами отрасли.

Ключевой вывод исследования звучит жестко: процесс будет трудно остановить, когда крупные экосистемы возьмут под контроль примерно треть всех перевозок. В этот момент меняется сама природа ценообразования: вместо «рынка» с бесконечным числом игроков и разной себестоимостью появляется возможность назначаемого тарифа — то есть цены по формуле, которую задает тот, кто управляет потоком.

Почему «платформенная модель такси» не переносится в грузоперевозки один в один

Аналитики объясняют, что в грузовом сегменте цифровая трансформация упирается в фундаментальный барьер: отсутствует прозрачная модель остаточной стоимости коммерческого транспорта, а отрасль остается крайне «рыночной» — с высокой волатильностью тарифов и множеством неконтролируемых посредников и перевозчиков, у каждого из которых своя калькуляция себестоимости.

В таких условиях сложно построить франчайзинговую «упаковку» перевозчика, которую можно тиражировать и стандартизировать — как это случилось в пассажирских перевозках. Поэтому единственный реалистичный путь к стабильности, по версии института, — фиксация цены и переход к тарифу по формуле, а ресурс «диктовать формулу» появляется у тех, кто влияет на конечную цену товара и обладает данными, складами и парками.

Что это означает для рынка и для ВЭД

  1. Логистика как расход, а не прибыль. Для крупного ритейла транспорт — часть издержек цепочки поставок, поэтому они могут держать ставки иначе, чем классические перевозчики, которым нужна маржа. Это смещает конкуренцию в сторону масштаба и эффективности.
  2. LTL и «обратка» как механизм втягивания рынка. Контроль складов, данных и сборных перевозок позволяет экосистемам подтягивать к себе и чужие парки: перевозчики будут стремиться заполнять простои через платформу, даже если основной бизнес — «свой» клиент.
  3. Для импорта и внутренней дистрибуции меняется точка силы. ВЭД-компаниям важно понимать: стоимость «последней большой мили» внутри страны (перевозка от хаба до склада/производства/распределения) всё чаще будет зависеть от правил крупнейших платформ. Там, где раньше решали тендеры экспедиторов, завтра могут решать алгоритмы распределения мощностей.

Риски консолидации, о которых предупреждают аналитики

Институт отдельно отмечает обратную сторону: доступ к финансированию может вести к распылению ресурсов, а доминирование — к злоупотреблениям на уровне управленческих решений. То есть рынок может стать более «управляемым», но не обязательно более эффективным в эксплуатации транспорта.

Сейчас читают