Речь идёт о споре за здания и земельные участки в Саратовской области, приватизированные бизнесом в 90-е годы. После прокурорской проверки, проведённой уже в 2020-х, в судах было доказано, что приватизация проведена с нарушениями законодательства. В ответ на это суды всех инстанций поддержали требование прокуратуры вернуть спорное имущество в госсобственность.
Компании-ответчики пытались оспорить решения, ссылаясь на то, что прокуратура якобы пропустила срок исковой давности. Однако суды отклонили эти доводы, указав, что отсчёт ведётся не с момента самой сделки, а с даты, когда нарушения были официально установлены органами надзора. КС, отказавшись рассматривать жалобы заявителей, подтвердил правомерность этой позиции.
Юристы видят в таком подходе значительное усиление прав государства и публичных интересов. По сути, КС подтвердил, что давность не может использоваться для легализации собственности, приобретённой с нарушением закона. Теперь прокуратура сможет поднимать дела о деприватизации спустя 20 и более лет, если будет установлено, что государственные активы были переданы в частные руки с нарушениями.
Некоторые эксперты критикуют это решение. По их мнению, оно вступает в противоречие с принципами правовой определённости и прежними позициями самого КС. Адвокаты предупреждают, что это может создать правовую нестабильность: бизнес, уверенный в законности владения активами, внезапно может оказаться под угрозой их изъятия.
Тем не менее, позиция КС чётко отражает приоритет публичных интересов над частной собственностью, особенно в вопросах, касающихся сохранения и возвращения социальной инфраструктуры. Это также означает, что институт приватизации в России продолжает эволюционировать, а его итоги могут быть пересмотрены в случае выявления нарушений даже спустя десятилетия
