Такой подход стал ответом на ограничения в доступе к международным платёжным системам, включая SWIFT, а также на всё более строгие требования по локализации производства, предъявляемые российскими заказчиками. По словам представителя компании Сюй Синьцзина, бартер позволяет не только упростить сделки, но и минимизировать валютные риски.
Схемы товарообмена не новы — по данным источников, Россия и Китай начали обсуждать возможность бартерных поставок ещё в 2023 году. Сегодня такие сделки активно реализуются в металлургии и аграрной отрасли, где товары проще оценить и юридически оформить. Особенно удобно использовать бартер для продукции с чётко определённой рыночной стоимостью, в отличие от высокотехнологичных решений, где оценка может быть субъективной и сложной.
Бартер становится всё более привлекательным способом ведения внешнеэкономической деятельности для стран, сталкивающихся с санкционным давлением. Отказ от классических финансовых инструментов в пользу прямого товарного обмена позволяет не только обеспечить непрерывность поставок, но и сохранить стабильность отношений между поставщиками и заказчиками.
Тем не менее, эксперты отмечают и трудности: натуральный обмен требует дополнительных усилий по оценке стоимости товаров, адаптации логистики и согласования условий. Также возникают нюансы с таможенным оформлением и налогообложением, поскольку классификация бартерных сделок в юридическом поле остаётся не до конца отрегулированной.
Но даже несмотря на эти сложности, интерес к бартеру со стороны бизнеса продолжает расти. В частности, на бизнес-форуме «Казань Экспо» китайские представители подчеркнули, что такие модели взаимодействия становятся всё более востребованными и адаптивными к реалиям новой мировой экономики. Россия, в свою очередь, получает возможность использовать свои промышленные ресурсы как полноценный расчётный инструмент в международной торговле.
По мнению участников рынка, дальнейшее развитие бартерных отношений между Россией и Китаем — это не просто временное решение, а стратегический шаг к формированию альтернативных экономических моделей вне зависимости от ограничений глобальной финансовой системы.
